Гегель требует понимать единство как определенное множество, т. е. как конкретное. Это понимание он демонстрирует на понятиях «бытия и ничто», «качества и количества» и т. д. Единство выступает как «притяжение» «отталкивающих» друг друга моментов, каждый из которых, взятый сам по себе, «не имеет силы» и есть сам по себе «лишь переход в свое другое». Единство тем самым оказывается конкретным единством, новой определенностью, включающей в себя оба момента. Так, единство бытия и ничто есть становление, единство качества и количества — мера, единство дискретности и непрерывности — количество и т. д. Иными словами, единство есть всегда нечто более содержательное и богатое, чем каждый из двух его абстрактных моментов, а не тощая абстракция, выражающая лишь то, что в них «одинаково» и отбрасывающая все остальное в них.

Однако вся эта диалектика, рождающая конкретное, определенное единство, совершается, согласно Гегелю, лишь в мышлении. Всеобщее конкретное единство, объединяющее природу с духом, осуществляется поэтому лишь в чистом логическом процессе, в переходе категорий друг в друга. Вещи и явления вне мышления конкретного единства не достигают, оставаясь навсегда внешними друг другу. Лишь мысль, переходя от одного определения к другому, связует их в единство, в «одно».

Диалектический материализм впервые соединил общий тезис материализма, согласно которому единство мира заключается в его материальности, с диалектическим пониманием проблемы единства. Единство так же реально вне сознания, как и многообразие, и всегда представляет собой конкретное, определенное единство. Конкретное единство в противоположность абстрактно-формальному единству, которое может быть и мнимым, произвольным, искусственным, есть объективно-определенная связь и взаимообусловленность многих явлений в составе некоторого конкретного целого, есть многообразие, определенное как качественно, так и количественно. Чисто качественное единство явлений, выражаемое понятием, как и чисто количественное («нумерическое») единство, выражаемое числом и мерой, суть только абстрактно-теоретические формы выражения действительного единства, друг без друга это единство выразить неспособные.